Railway “Mazar-i-Sharif – Peshawar”: prospects and challenges

Uzbekistan strives to diversify its transport routes and resolve the issue of “double land locked country”. To this end, Tashkent is considering promising transport corridors in the direction of South Asia, including through Afghanistan.

The construction of the Mazari Sharif-Kabul-Peshawar railway, which will connect Uzbekistan with Pakistan and provide access to Pakistani seaports, may be promising. Despite the difficult security situation in Afghanistan, Uzbekistan is actively negotiating this project with interested parties.

More details – in Russian:

С первых этапов своей независимости Узбекистан приступил к диверсификации транспортных маршрутов с целью выхода к международным торговым центрам и обеспечения торговых, культурных, туристических, научных, образовательных коммуникаций страны на международной арене.

На повестке дня стояла стратегическая задача преодоления дважды сухопутной замкнутости страны (double land locked country). Прорыв этой замкнутости был возможен только посредством строительства сети железных и автомобильных дорог, авиасообщений, трубопроводов, линий электропередач и т.п.

Вполне естественное стремление к транспортной диверсификации не только Узбекистана, но и всех стран Центральной Азии, как показало время, стало для них геополитическим вызовом, поскольку эта диверсификация с неизбежностью влечет за собой фундаментальную замену старого геополитического статуса (или кода) региона на новый. Иначе и не могло быть, так как регион тем самым вовлекается в коммуникации не просто с соседними географическими территориями, а с великими и региональными державами, которые сами находятся в зонах геополитической турбулентности и часто в отношениях вражды или соперничества.

Транспортная развязка

Транспортная развязка Узбекистана происходит как в меридиональном, так и в широтном направлении, так и в региональном разрезе. Вот некоторые важные примеры.

  • В апреле 1997 года Китай, Кыргызстан и Узбекистан подписали меморандум о строительстве железной дороги Андижан (Узбекистан) – Ош (Кыргызстан) – Иркештам (кыргызско-китайская граница) – Кашгар (Китай), которая должна соединить регион с восточным берегом Китая и на Западе с городом Амстердам. Строительство этой дороги началось в 2020 году. Расстояние между китайским городом Лянюнган и Амстердамом составляет примерно 8000 км, что намного короче морского пути через Суэцкий канал. Как считают эксперты, не менее 30 стран могут быть заинтересованы в этой железной дороге.
  • В апреле 2011 года в Ашхабаде было подписано Соглашение по созданию нового международного транзитно-транспортного коридора Узбекистан-Туркменистан-Иран-Оман-Катар, который свяжет Центральную Азию и государства Ближнего Востока.
  • 22 июня 2016 года в Ташкенте состоялась официальная церемония открытия стратегически важного тоннеля Камчик, строительство которого было возможно при финансировании и проектировании со стороны китайской компании «China Railway Tunnel Group». Этот тоннель длиной 19,2 км был построен в течение 32 месяцев. Он соединил два узбекских города Ангрен на востоке, и Пап на западе, став тем самым важным звеном трансконтинентальной дороги Западный Китай-Западная Европа.

В настоящее время широко обсуждается проект строительства железной дороги «Мазари-Шариф – Кабул – Пешавар», которая должна открыть новый и наикратчайший путь к перспективным рынкам Южной Азии. Дорога от границы Узбекистана города Термез до Мазари-Шарифа уже построена и функционирует. Соглашение о строительстве дороги «Мазари-Шариф – Кабул – Пешавар» достигнуто между Узбекистаном, Афганистаном и Пакистаном. Поддержку проекту выразили  Россия, Китай и США. Заинтересованность в строительстве железной дороги на пешаварском направлении проявили представители Всемирного банка, АБР, ЕБРР, ЕИБ, ИБР, АБИИ, Международной финансовой корпорации развития.

Следует заметить, что трансафганский маршрут обсуждается аж с 1990-х и сохраняет свою актуальность в силу близости южных портов Индийского океана, доступ к которым стал стратегической целью Узбекистана. По данным специалистов, транзитный потенциал железной дороги протяженностью в 573 километра составляет 20 млн тонн грузов в год, стоимость проекта оценивается в 5 млрд долларов. Эксперты полагают, что новая магистраль может стать востребованным транспортным коридоров, связывающим Евросоюз, Россию, Узбекистан, Афганистан, Пакистан, Индию, а также государства Юго-Восточной Азии.

Проект строительства железной дороги представляется довольно романтичным и идеалистичным. Вместе с тем, именно этот проект является наиболее противоречивым и геополитически «заряженным». Узбекистан с этим и другими проектами в Южной Азии связывает свои надежды на то, что они внесут вклад в достижение мира в Афганистане. Ташкент на международном уровне в последнее время заметно активизировал свою афганскую политику. В 2018 году президент Шавкат Мирзиеев заявил, что Узбекистан рассматривает Афганистан не как источник угроз, а как источник новых возможностей.

Тем не менее, из-за сложной ситуации безопасности, перспектива реализации инфраструктурных объектов в этой стране остается невысокой. Например, нереализованными пока что остаются проекты трансафганского газо- и нефтепроводов из Туркменистана, контракты о реализации которых подписаны еще в 90-х и 2000-х годах, в том числе и ТАПИ (газопровод из Туркменистана в Афганистан, Пакистан и Индию).

Несмотря на это Ташкент продолжает обсуждение трансафганских проектов. 14 апреля 2021 года состоялась онлайн встреча Шавката Мирзиеева с Премьер-министром Пакистана Имран Ханом. Стороны договорились принять дополнительные меры по продвижению приоритетных проектов в области транспорта и транзита, формированию благоприятных условий для наращивания товарооборота и усиления производственной кооперации, включая принятие соглашения о преференциальной торговле и «дорожной карты» сотрудничества в основных отраслях экономики, проведение совместных деловых форумов.

Обращает на себя внимание, что страны также обсуждали ускорение реализации проекта железной дороги «Мазари-Шариф – Кабул – Пешавар». Как сообщается, в мае планируется организовать экспедиционное обследование строительных участков, расположенных в Афганистане. Узбекистан рассматривает использование портов Пакистана. В марте рабочая группа изучила их возможности.

А незадолго до этого саммита 5 апреля этого года состоялся визит Министра иностранных дел Ирана Джавада Зарифа в Ташкент. В ходе его встречи с Шавкатом Мирзиеевым стороны, помимо прочего, также отметили важность наращивания взаимодействия стран в транспортно-коммуникационной сфере, в том числе эффективного задействования иранских морских портов и развития транспортного коридора Узбекистан-Туркменистан-Иран-Оман.

Геополитические аспекты

Отношение к транспортной диверсификации Узбекистана со стороны других стран, особенно крупных держав, может быть разным, с точки зрения их интересов. Так называемая Северная сеть доставки NDN (Northern Distribution Network), которая была создана американцами для транспортировки грузов, техники и личного состава воинского контингента в Афганистане через территорию стран Центральной Азии, Кавказский регион, Россию, Прибалтийские страны в Европу, рассматривалась также в контексте создания современного Великого Шелкового Пути. После завершения военной операции в Афганистане предполагается, что NDN станет служить в качестве альтернативного торгового маршрута.

Соединение Афганистана с Узбекистаном и другими странами Центральной Азии посредством NDN будет способствовать, помимо прочего, началу разработки природных богатств Афганистана, которые нынче оцениваются в 3 трлн долл. В этой связи, между Афганистаном и Пакистаном вот уже несколько лет ведутся переговоры  с целью достижения соглашения по транзитной торговле (APTTA), которое позволит развить афганский экспорт в Индию и пакистанский экспорт через Афганистан  в страны Центральной Азии.

Наконец, важно иметь ввиду и то, что, когда мы говорим о трансафганском маршруте, в это понятие в широком смысле входит также и китайская инициатива «Экономический пояс Шелкового Пути» (ЭПШП) – мега-проект создания транспортных, логистических, инфраструктурных объектов на всем протяжении от Китая через Центральную Азию

Для России трансафганский маршрут с геополитической точки зрения может иметь двоякое значение: с одной стороны Россия может выгодно участвовать в этом маршруте, который будет иметь продолжение в северном направлении через российскую территорию; с другой – стабилизация ситуации в Афганистане и кратчайший выход Узбекистана и стран Центральной Азии к южным морским портам придаст Узбекистану большую независимость в плане диверсификации и геополитической маневренности.

Заключение

Таким образом, трансафганский маршрут – это не просто обычная диверсификация транспортных маршрутов Узбекистана, он будет иметь геополитические последствия.

Летом этого года в Ташкенте состоится конференция высокого уровня «Центральная Азия – Южная Азия», которая будет посвящена вопросам взаимосвязанности (connectivity) двух регионов. Упомянутые выше встречи Президента Узбекистана с Министром иностранных дел Ирана и Премьером Пакистана, видимо, являются своеобразной сверкой часов перед предстоящей важной конференцией. Подготовка к конференции не только еще раз высветила конкурирующие друг с другом транспортные маршруты в пакистано-индийском и иранском направлениях, но и решимость Узбекистана эту «дилемму», наконец, решить в увязке с урегулированием ситуации в Афганистане.

Как известно, с мая этого года начинается вывод военных сил США и НАТО из Афганистана. Как будет складываться ситуация в этой стране после вывода иностранных воинских частей? Будет ли снижаться уровень террористической угрозы или он будет возрастать? И самое важное, насколько динамичным и успешным будет восстановление и реконструкция Афганистана с участием международных доноров и инвесторов? Все эти и другие вопросы будут иметь первостепенное значение для перспектив трансафганского маршрута. Однако Ташкент уже сейчас стремится занять проактивную позицию, создать в глазах афганцев позитивный имидж Узбекистана как дружественной страны. Тем более что диверсификация маршрутов позволит снизить зависимость от уже имеющихся транзитных государств.

Farkhod Tolipov

Director of a non-state scientific institution Bilim Karvoni (Caravan of Knowledge), PhD in political science (Tashkent, Uzbekistan)

Contact Us
May 2021
M T W T F S S
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31